Мои гитары
Первой моей гитарой, была черниговская акустика. Самая дешевая гитара стоила в магазине 18 рублей, а я купил понавороченней немного - аж за 24 рубля. Поиграл на ней я недолго, где-то год. Получив свою первую зарплату на своей первой работе, я купил себе первую электрогитару. Это была восточногерманская Muzima, сильно смахивающая на Les Paul. Я даже хотел было приделать на верхний рог переключатель, и уже вырезал, по-моему, треугольник из пластмассы для защитной панели, как на настоящем Gibson, но этим планам так и не суждено было осуществиться, потому, что мы с ансамблем стали играть на казенных инструментах, в клубе при судоверфи. Там была пара Lead Star алого цвета (это копия Stratocaster, производимые вышеупомянутой Musima). Lead Star был значительно веселее моего псевдо - Les Paul, и стало мне грустно... А тут еще фестиваль прошел, где добрая половина гитаристов играли на гитарах Kramer, со странной формой головы грифа, напоминающей толи клюшку, толи клюв. Меня этот дизайн зацепил - я сильно захотел такую гитару.… Наши желания, как известно – штука волшебная, и клюшка появилась, откуда не ждал: мой старший брат сказал как-то, что у его друга есть гитара, сделанная «под Jackson», и если я хочу – могу пойти ее посмотреть! То, что я сделал после этого, никак нельзя описать словом «пришел». Я был пулей…
Вспомните, какие эмоции вы пережили, когда впервые увидели летающую тарелку вблизи? Вспомнили? Так вот - это ерунда в сравнении с шоком, поразившим меня тогда! Было от чего: 24 лада, клюшка самого экстремального загиба, с огромной надписью Jackson, Floyd Royse с зажимами, хамбакер, косой сингл у грифа, белый (чуть с розовинкой) цвет. Она сильно блестела и очень приятно пахла лаком. По сравнению с любой из гитар, которые я когда-либо держал в руках, эта выглядела как тираннозавр в сравнении с бараном. Первое, что сделал хозяин, видя мои обезумевшие от вожделения глаза - вынул изо рта горящую сигарету, и несколькими короткими вращательными движениями затушил ее об верхний рог гитары спереди! Мои глаза, вероятно, приобрели еще, какое-то выражение, потому что он быстро вытер рукой оставшийся пепел: на гитаре не было никакого следа! «Она из мрамора» - мелькнуло, помню в голове.… Тот парень хотел за нее полторы штуки (это на то время - треть стоимости приличного автомобиля), и я ушел за деньгами. После продолжительных дебатов, мои пращуры сдались. Тут сказать нечего, повезло мне крепко с родителями. Видели они просто, что увлечен я не на шутку гитарами этими, педалями, вот и помогли. Спасибо вам, мои дорогие.… Сейчас, конечно ясно - гитарка была ерундовая. Топорно сделанный Floyd, плохо возвращал строй (позже, я вообще заклинил его с помощью деревянной вставки так, что хода наверх уже не было), зажим иногда перекусывал струну как гильотина, несмотря на огромный вес - гитара не имела хорошего сустейна. Но кроме красоты, имелся еще один плюс - звукосниматель. Хамбакер разрывал любую искажалку на мелкие куски. На чистом звуке он хрипел и ревел так, что играть было невозможно, но я в то время не играл никакого чистого звука. Это был TRASH.
Потом у меня был еще один "самопал", только значительно лучшего качества. После покупки я сразу переставил туда хамбакер со старой гитары. У этой был прекрасный, отлично доведенный гриф с накладкой из черного дерева, Floyd работал замечательно, на клюшке не было никакой надписи – это выглядело как недосказанность, и я уже стал задумываться: чего бы такого там нацарапать, когда у меня появилась настоящая американская гитара. Надо сказать, что я, конечно же, всегда мечтал о серьезном инструменте. Требований к нему у меня было не много, а именно: спарка у бриджа, Floyd Royse и (желательно) клюшка. Просматривая гитарные каталоги, я просто не смотрел на гитары, не соответствующие этим нехитрым спецификациям. То есть я пролистывал, не задерживаясь все Gibson, Fender, P.R.S. и т. д. К тому вре¬мени мы стали неплохо зарабатывать и наш вокалист Антон Касьян (человек не по годам мудрый и дальновидный), видя, что я прицеливаюсь на серьезную покупку, советовал: «Купи хороший Stratocaster, а потом, долларов за 600-700 возьмешь себе дешевого Ibanez или Jackson». Я слушал, думая о своем. Но помог как обычно – случай. Я познакомился с парнем, который продавал свою гитару, точнее, это он со мной познако¬мился, видя, на чем я играю. «Вот у меня гитара – это ДА! А у тебя, друг – дрова беспонтовые. Жаль мне тебя, парень. Fender Stratocaster, отдам недорого, играть на ней я не буду, из Америки привезли, а мне клавиша нужна». Ну, думаю – посмотрю, а тут еще Антон нависает: поехали – глянем. Приезжаем, тот парень кейс выносит, открывает, а там – Strat черный, только со спаркой у бриджа, а бридж – Floyd Royse!
Все в этой гитаре меня устраивало, но вот датчик… не был я готов к «фирменным» датчикам. У бриджа там стоял Dimarzio Paf Pro Custom, и на мой вкус он был слишком «легким» - на нем без проблем можно было играть чистым звуком (конечно – непривычно после ломового, «резинового» убийцы примочек!). Не долго размышляя, я заменил его на Dimarzio Tone Zone. Хорошо. Не останавливаясь на достигнутом, ставлю Dimarzio Super 3 – мяса стало еще больше, но как-то я засомневался, и вернулся к Tone Zone. Результат: гитара стала, как бы разбалансированной, то есть синглы, особенно тот, что у грифа, дают больше низа, чем хамбакер, но, стоит включить перегруз, как все становится на свои места. На синглах (2 American Standart Single Coil) – рыхлый, сочный, богатый низом звук. Tone Zone – потрясающе - пронзительный, кричащий, очень чувствительный к нюансам звукоизвлечения. Все. Я успокоился. Ненадолго. Один мой друг предложил купить у него Ibanez Jem. Змей – искуситель. А еще один мой друг в это время, находясь на очередном витке творческого поиска – кризиса, продавал свой Jackson Soloist. Ну, думаю, выберу одну из трех. Собираю у них гитары – отправляюсь на концерт. Итак: на сцене – Jackson, Ibanez, Fender.
Тест – драйв (а точнее, тест – дисторшн) начался вовремя концерта. Мне подносили гитары, и я менял их по ходу пьесы (сказочные условия для сравнительного анализа, согласитесь). Я выдергиваю джек из гнезда, предварительно убрав громкость педалью, а мои друзья, по-очереди надевали на меня гитары. Но концерт закончился, а я ничего не решил. Еду на базу вместе с аппаратом, остаюсь там, ведь утром нужно отдать две из трех, оставив лучшую. Но легко сказать «лучшую». Попробуйте-ка – выбрать! Есть люди, которые уверены в чем-то сразу. Цельные личности. Я не такой… Ночь напролет передергиваю джек из одной гитары в другую. Все три – очень хороши, но оставить можно только одну!
Jackson. Воплощенная агрессия. Самый красивый (как по мне) из трех. Цвет – темный баклажан, с перламутром чуть. Глянцевая, черная голова с большим логотипом, оканто- вана с внешней, и с тыльной сторон. Причем, клюв заточен так, что глядя спереди, видно тыльный кант. (Мне оканто- ванные гитары нравятся: во мраке сцены, темная гитара «прячется», не видно ее, и окантовка снимает этот вопрос).
Маркеры на грифе – перламутровый акулий зуб. Сам гриф – широкий, плоский с 24-мя высокими толстыми ладами, цельный. Сингл/сингл/хамбакер, актив, фурнитура и Floyd Royse - черные. Самый тяжелый. Вибрация от струн доходит не то, что до левого плеча – до пяток пронимает. Jackson нужно видеть, с ним нужно фотографироваться, хранить его в кейсе – преступление. Не играешь – он висит на стене, не висит на стене – играешь. Играть на нем очень удобно. Большое расстояние между струнами и ладами. Мелочь выходит очень раздельной, читаемой. Сустейн – вечный. Визжит всегда и везде, но без фанатизма, присущего Ibanez. Чистый звук – как колокольный звон. Играя на концерте длинные ноты с перегрузом, я помнится пару раз с недоумением поглядывал под ноги – включена-ли искажалка? Настолько ровный, лишенный биений и паразитирующих пульсаций, сигнал выходит из этого инстру- мента. Какое ни накручивай положение ручек и переключателя – звук один. Но это – очень правильный звук. Некоторое время, я ездил на бэушном Cadillac, это - то же самое. Ему не нужен разгон. Ты трогаешся с места, и уже едешь 40, а дотронешься до педали, и едешь уже настолько быстро, насколько хочешь. Сразу. Попробую прикинуться психоаналитиком, и описать Jackson (этот конкретно), как чело- века: силач, красавец, холодный, рассудительный (не рассуждающий), предсказуемый, взрывной, опас- ный. Угловатая, абсолютно не «анатомическая» форма. Такое впечатление, что вы ему прислуживаете, а не он вам. Вы танцуете вокруг него, а не он для вас. Он, как рояль – большой, блестящий, соблазни- тельный и (повторюсь) очень красивый. Мраморный монолит, помпезная роскошь, вольфрамокобальтовая твердыня. (Просятся сюда же огнеглазые валькирии фюрера, оружие возмездия и Вагнер с копьями Вотана). Помню мое удивление, когда я узнал, что Jackson/Charvel – это коллектив мастеров с испанс- кими (подавляющее большинство) фамилиями. Играя на этой гитаре, глядя на нее, мне казалось, что изготовлена она нордическими белокурыми бестиями, где-то на изрезанных извилистыми фиордами, скалистых берегах далекой северной страны.
Ibanez Jem. Гипергламур. Красивенные цветочные узоры на грифе, меня, привыкшего к обычной разметке - поначалу сбивали с толку. Гриф очень широкий и тонкий. 24 толстых, высоких лада. После пятнадцатого - скаллопированные. Датчики Dimarzio Evolution. Железки и Floyd Royse золотые. Странно, но гитара, активно используемая жестким шредером, в течение трех лет, сохранила позолоту, и выглядит очень богато. Красивый, а главное очень полезный вырез под Флойд. Легкая, летящая, суперэстетичная, мегаромантичная. Приятная на глаз, и на ощупь. Очень хороший доступ к верхним ладам. На 24-м ладу, взять ноту на шестой струне не составляет никакого труда. Вырез "ручка" наверху корпуса - гениальная находка. Steve Vai - реальный титан, такую гитарку состряпали ему мастера с Ibanez, лучше не придумаешь. Гитара очень податливая, живая. Я не знаю более "прощающей" гитары: не попал по струне - получился прикольный звук, с рычагом замешкался (или поторопился) - снова все хорошо, шевельнул рукой "не туда" - отлично, не хотел, а она ответила красивым флажолетом. Флажолетит на всех ладах и между ними. Визжит, пищит, кричит не переставая. Вы даже не подозреваете, насколько хорошо вы уже умеете играть! Она мгновенно "засыпает" и "просыпается". Находясь на предельном драйве, прибираете громкость, перебрасываете переключатель на нэковый датчик, подрезаете ручку TONE (все это делаете пошагово, в микропромежутках между нотами) - и гитара издает почти человеческие, страдальческие звуки. У вас появилась возможность покривлять вокалиста:)). И сразу же: добавляете TONE, переключатель - на бридж, полная громкость - и вот, вы уже верхом на пышащем жаром, изрыгающем яростные языки пламени, сказочном птеродактиле! Последовательность этих шагов может быть разной, на ваш вкус, но работает это безотказно. Вообще - при убранной ручке громкости, уровень высоких не падает, и дает возможность добиваться почти чистого звука, не выключая искажалку. Освобождаются ноги для других полезных дел. Прекрасные датчики. Я вообще (как выяснилось позже) люблю DiMarzio. В отличие от EMG или Seymour Duncan, датчики Dimarzio как бы поточнее выразится грязноватые что ли? Нет в них рафинированной выхолощенности, а есть благородная, сухая песочность, хруст. Большая проблема - описать звук словами. Каждая нота у Jem звучит как-бы удвоенно, а может и утроено. Я имею в виду обертона. До знакомства с этой гитарой, я не понимал значения этого слова. Оберштурмбанфюрер, или оберлейтенант - понимал, а обертон нет. Знал, что это что-то скрипично - виолончельное. Звук, который ты извлек, звучит не один, а в ореоле слышимых, еле слышимых и предполагаемо-подразумеваемых звуков - близнецов, теней, оттенков. Обертон наполняет, укрепляет и оттеняет основной звук. У Jem этого очень много! Чистый звук - намного более "разный", чем у Jackson. Во втором и четвертом положении переключателя - очень яркий стратокастеровский прононс. Описать Jem, как человека я мог - бы так: модник, красавец (может - красавица), впечатлительный до ранимости, новатор, экспериментатор, умница, авантюрист, не стоит на месте, все время в поиске, утонченный романтик, спортсмен. Сам играет.
STRATOCASTER: Внешний вид - самый скромный из троих. Хотя, если кто-то любит дизайн старого страта, то, как говорится: Любишь медок - люби и холодок! Ма-ленькая, в стиле 50-х голова грифа, 22 средних лада, палисандровая накладка. 2 Am Standart Single Coil, Dimarzio Tone Zone, Floyd Royse Original. Странно, но фэндеровцы даже не удосужились сделать под Флойд, достаточного выреза.
Вверх хода пару тонов, в лучшем случае. Хамбакер-всегда в фазе, отсечки катушки тоже нету. На синглах, если по отдельности-много шума при игре с Disтрофиком, это компенсируется шикарным, рыхлым и мясным звуком. Если убрать первую ручку TONE, в первом и втором сверху положенях переключателя, получаем большой, грустный звук. Хамбакер звучит серединно, вышибая всех из этого сектора частот. Низа в нем мало, но злости-море, панические высокие ноты. Гриф округлый, самый узкий из троих. Расстояние между струнами небольшое. Беспощадный к огрехам звукоизвлечения. Там, где Soloist, а тем более Jem, проявив снисходительность простили бы вам вашу неуклюжесть, этот покажет вам - кто вы есть на самом деле. Никакой лицеприятности! Floyd работает красиво, хотя таких р-р-р, и уи-уи-уи, как на Джеме, добиться намного труднее. Гитара, из которой нужно выскребать, выколупывать звук. Высекать. Сама не играет. В команде звучит лучше всех, читаемость уникальная. И Soloist и Jem, звучат несколько грузновато: или их много, или нет. Strat, лучше них слышен уже при небольшой громкости. Гладкая, покатая форма корпуса. Никогда нигде не давит. Есть у Stratocaster еще одно достоинство – это его чистый звук. Очень разный (возникает желание переключать его почаще). Такой теплоты и красоты нет ни у одной из этих гитар. Он - бесспорно король по чистому звуку. Яркий и колючий. Часто приходиться прибирать TONE, чтобы этот мерцающий верх срезать немного. Короче, у Фендера самый чистый "чистый" звук. Кристально чистый. Знаток, мастер на все руки, лаконичный острослов, отважный смельчак, недосягаемо благороден, но прост и скромен, консерватор, ревностный хранитель традиций.
...К утру, я, изрядно обалдев от звука, порядком устав от бесконечной перемены инструментов (каждую из трех, я включал раз по сто, не меньше), и вконец одурев от ответственности (перед собой в первую очередь) за неминуемо приближающуюся минуту судьбоносного выбора, я выключил усилитель и лег спать. Попробуйте-ка угадать, что мне снилось?
Поспав пару часов, я встал, почистил зубы, принял душ, оделся, и разложив по кейсам Soloist и Jam, вынес их из студии. Хлопнув дверью, растворился в предполуденном зное летнего утра. Stratocaster остался лежать один, на стуле возле усилителя.
